От старой притчи - притчи мудреца,
О юноша, не отвращай лица.

Горошина, вскипая на огне,
И прыгает и скачет в казане.

То вверх всплывет, то книзу устремится
И вопиет пред тем, как ей свариться:

"Ужель, хозяйка, ты меня купила, (... меня не любишь)
Чтоб мне на свете стало все постыло?"

Огня не убирая от котла,
Ей говорит хозяйка: "Я не зла,

Но ты должна немного повариться,
Чтоб получился суп, а не водица.

В котле с водой кипящей не спеша
Должна твоя очиститься душа.

Когда была ты молодой, зеленой,
Пила ты воду средь цветущих склонов.

Сильнее становясь день ото дня, (Копила силу ты ...)
Ты зрела не для этого ль огня?"

И кто-то в заблуждении глубоком
Себя считать готов под стать пророкам.

Мы тоже, мол, сродни мужам святым;
Мы, как они, едим, и пьем, и спим.

Сии слепцы не чувствуют различья,
Равняя все: ничтожность и величье.

Что делать, с одного цветка берет
Змея свой горький яд, пчела - свой мед.

Две кабарги в долине обитали,
Одни и те же травы их питали,

Но мускуса дала одна немало,
И лишь навоз другая даровала.

Двух тростников так схожа красота,
Но сахар в том, а в этом пустота.

Таких примеров тьма, и человек
Все постигает, доживая век.

Вариант / Барашек

Жил бакалейщик; в лавке у него
Был попугай, любимый друг его.

Как сторож, днем у входа он сидел,
За каждым покупателем глядел.

И не был он бессмысленно болтлив,-
Он, как оратор, был красноречив.

Неловко раз на полку он порхнул
И склянку с маслом розовым столкнул.

На шум хозяин в лавку прибежал,
Потерю и убыток увидал,-

Вся лавка в масле, залит маслом пол.
И вырвал попугаю он хохол.

Тот, облысев, дар слова потерял.
Хозяин же в раскаянье вздыхал

И бороду, стеная, рвал свою:
"Увы! Я сам затмил судьбу мою!

Да лучше руку мне б свою сломать,
Чем на сладкоречивого поднять!"

Всем дервишам подарки он дарил,
Молясь, чтоб попугай заговорил.

Нахохлившись, три дня молчал певец;
Хоть ласку всевозможную купец

Оказывал любимцу своему,
Надеясь, что вернется речь к нему.

Шел мимо некий странник в этот час,
Без колпака, плешивый, словно таз.

Внезапно попугай обрел язык.
Он крикнул дервишу:"Эй ты, старик!

Эй, лысый! Кто тебя волос лишил?
Ты разве масло где-нибудь разлил?"

Смеялись все стоящие кругом,
Когда сравнил себя он с мудрецом.

Хоть в начертанье "лев" и "молоко"
Похожи, нам до мудрых далеко.

Мы судим по себе о их делах,
И оттого блуждает мир впотьмах.

Повадно нам - порочным, жадным, злым,
Равнять себя пророкам и святым.

Мол, в них и в нас найдешь ты суть одну,
И всяк подвержен голоду и сну!

Ты пропасти, что разделяют вас,
Не видишь в слепоте духовных глаз.

Два вида пчел в густых ветвях снуют.
Те - только жалят, эти - мед несут.

Вот две породы серн. Одна дает
Чистейший муск, другая - лишь помет.

Два рода тростника встают стеной,
Но пуст один, и сахарный другой.

А что таким сравненья нет,
Поймешь в пути семидесяти лет.

94. Итак, прежде чем Он был взят беззаконными евреями, которые также были управляемы (имели свой закон от Него) беззаконным змием, Он собрал всех нас вместе и сказал: "Прежде чем я сдамся им, споем гимн Отцу и так подойдем к тому, что лежит пред вами". Он предложил нам образовать, так сказать, круг, держа друг друга за руки, а сам стоял посередине. И произнес:
"Отвечайте мне Аминь". Он начал затем петь гимн и говорить:
Слава тебе, Отец.
И мы, шествуя по кругу, отвечали ему: Аминь.
Слава тебе, Слово. Слава тебе, Милосердие. Аминь.
Слава да будет твоей Славой. Аминь.
Мы прославляем тебя, о Отец! Мы благодарим тебя, о Свет, в котором нет тьмы, Аминь.

95. Итак, в то время, как мы возносим благодарность, я говорю:
Я буду спасенным, и я спасу. Аминь.
Я буду свободным, и я освобожу. Аминь.
Я буду ранен, и нанесу рану. Аминь.
Я буду рожден, и я рожу. Аминь.
Я буду есть, и меня съедят. Аминь.
Я услышу, и меня услышат. Аминь.
Обо мне будут мыслить, мыслить полностью Аминь.
Я буду омытым, и я омою. Аминь.
Милосердие танцует. Я играю на свирели.
Танцуйте все. Аминь.
Число Восемь поет хвалу вместе с нами. Аминь.
Число двенадцать танцует в высоте. Аминь.
Все в высоте принимает участие в нашем танце. Аминь. Те, кто не танцует, не знают, что произойдет. Аминь.
Я спасусь бегством, и я останусь. Аминь.
Я украшу, и меня украсят. Аминь.
Я буду объединенным, и я объединю. Аминь.
У меня нет дома, и у меня есть дома. Аминь.
У меня нет места, и у меня есть места. Аминь.
У меня нет храма, и у меня есть храмы. Аминь.
Я есмь светильник тому, кто зрит меня. Аминь.
Я есмь зерцало для того, кто видит меня. Аминь.
Я есмь дверь тому, кто стучит в меня. Аминь.
Я есмь путь для тебя, путник. Аминь.

96. Теперь отвечай на мой танец.
Узри себя во мне, который говорит и видя, что делаю я, хранит молчание о моих мистериях.
Ты, танцующий, восприми то, что делаю я, ибо это страсть мужества, за которую готов страдать я, - твоя. Ибо ты не мог бы вообще понять то, что ты страдаешь, если бы я не был послан к тебе, как слово Отца. Ты, видящий, что я страдаю, видишь меня страдающим и видя это, ты не выдержал бы этого, если бы не становился постепенно мудрым. Кто я есмь, ты узнаешь, когда я отойду. То, чем я выгляжу, тем не являюсь. Ты увидишь, когда ты придешь. Если бы ты узнал, как страдать, ты был бы способен не страдать. Учись страдать, и ты не сможешь не страдать. Тому, что ты не знаешь, я сам буду учить тебя. Я есть Бог твой, не Бог изменника. Я буду сохранять гармонию со святыми душами. Во мне ты познай слово мудрости. Вместе со мной произнеси еще раз: "Слава тебе, Отец! Слава тебе, Слово, слава тебе, Святой Дух!"
И если бы ты знал обо мне то, чем я был, знай, что словом я обманул все вещи, а сам обманут не был. Я кончил, но пойми целое и, поняв, скажи: "Слава тебе, Отец. Аминь".

97. Итак, мой возлюбленный, окончив свой танец с нами, Господь проявил себя. И мы, как люди, сбившиеся с пути или очарованные сном, разбежались в разные стороны. Я же, увидев его страдающим, не смог вынести его страдания и убежал на оливковую гору, плача над тем, что случилось. И когда он был распят в пятницу, в шестой час дня, на всю землю снизошла тьма. И Господь мой, стоя посреди пещеры и озаряя ее, сказал:
"Иоанн, для толпы под Иерусалимом я распят и пронзен стрелами и копьями, и желчь и уксус даны мне, чтобы испить. Но для тебя я говорю то, что говорю. Услышь. Я призываю тебя подняться на эту гору, чтобы ты мог слышать то, что надлежит услышать ученику от своего учителя, и человеку от своего Бога".

98. И сказав так, Он показал мне крест света воздвигнутый, и возле креста великое множество, не имеющее единой формы. И на кресте была одна форма и одно подобие (так гласит рукопись). Я бы прочел: и внутри него была одна форма и одно подобие, и на кресте другое множество, не имеющее единой формы. И самого Господа я видел поверх креста, не имеющим какого-либо образа, но только голос. И голос не тот, который нам знаком, но мягкий, добрый, и поистине - Бога, говорящего мне: "Иоанн, нужно, чтобы кто-то услышал это от меня, ибо я нуждаюсь в том, кто услышит. Этот крест света называется мною ради вас то светом, то словом, то умом, то Иисусом, то Христом, то дверью, то путем, то хлебом, то семенем, то воскресеньем, то Сыном, то Отцом, то Духом, то жизнью, то истиной, то верой, то милосердием. И под этими именами это дается людям; но то, чем оно является поистине, как постигаемое в самом себе и как сказанное тебе (в рукописи - нам), оно отделимо от всех вещей и прочно возвышается над неустойчивыми вещами, являясь гармонией мудрости и, поистине, мудростью в гармонии.

(Это последнее предложение соединено в рукописи с: "мудростью в гармонии").
Существуют места по правую руку и по левую, а также силы господства, власти и демоны, действия, угрозы, гнев, дьяволы, Сатана и корень внизу, откуда исходит природа вещей, вступающих в бытие".

99. Этот крест, следовательно, есть то, что все разделило (или объединило все в себе самом) посредством слова и отделило то, что происходит, от того, что находится внизу (буквально: вещи от рождения и ниже) и затем, также будучи единым, излился во все вещи (или: заставил все излиться). Я соединил все в одно. Но это - не крест из дерева, который ты увидишь, когда ты спустишься отсюда, а также тот, кто на кресте, которого теперь ты не видишь, а только слышись его голос. Это не я. Я считался тем, кем я не являюсь, не тем, кем я был для многих других; но они назовут меня (скажут обо мне) чем-то другим, низким и меня не достойным. А поскольку место покоя не видят и о нем не говорят, то тем паче меня, Господа его, не увидят(и говорить обо мне не будут).

100. Множество одного аспекта (или не одного аспекта), которое рядом с крестом, имеет более низкую природу; а те, которых ты видишь на кресте, если они не имеют единой формы, то это потому, что еще не каждый член его, который спустился, был достигнут. Но когда человеческая природа возвышается, и люди, которые тянутся ко Мне и повинуются Моему голосу, те, кто слышат Меня теперь, будут объединены тотчас же и не будут больше тем, чем они являются сейчас, но выше их, так же, как и я сейчас. Ибо, пока ты не называешь себя Моим, Я не тот, кем являюсь (или был). Но если ты слышишь Меня, ты, слышащий, будешь как Я, а Я буду тем, каким был, когда ты у Меня есть, как есмь с самим собой. Ибо от Меня ты есмь то, чем есмь Я. Не заботься поэтому о многих, а тех, кто вне тайны, презри. Ибо знай, что Я целиком с Отцом, а Отец со Мной.

101. Ничем, следовательно, из того, что они скажут обо Мне, я не страдал. Более того: страдание, которое Я показал тебе и остальным в танце, Я хочу, чтобы оно было тайной. Ибо ты видишь то, что ты есть, ибо я показал тебе это. Но то, чем являюсь Я, знаю Я один и никто больше. Выстрадай же меня, чтобы сохранить то, что есть мое и то, что есть твое, чтобы узреть через Меня и узреть Меня в истине. Я есть не то, что Я сказал, но то, что ты способен знать, так как ты близок к тому же.
Ты слышишь, что Я страдал, однако я не страдал. Я был пронзен копьем, и все же Я не был убит. Повешен, Я не был повешен. Кровь истекла из Меня, и все же она не истекла. И, одним словом, то, что они говорят обо Мне, со Мной не происходило, но то, чего они не говорят, так это то, что Я страдал. Итак, объясню тебе то, чем все это является, ибо я знаю, что ты поймешь. Восприми во Мне хвалу (или убийство) Слова (Голоса). Пронзение Слова копьем, кровь Слова, рану Слова, повешение Слова, страдание Слова, пригвождение Слова, смерть Слова. И так говорю Я, отделяясь от образа человеческого. Восприми же поэтому прежде всего Слово, затем ты воспримешь Господа и, наконец, человека, и то, что он страдал".

Я нисколько не сомневаюсь в том, что эти отрывки - часть эзотерического учения христианства, которая явилась преградой духовной власти, и поэтому была изъята церковниками. Как еще можно объяснить полуистины и противоречия (кажущиеся) в Библии?

Можно сказать, что я был взволнован, сделав это открытие, и что я хотел верить ему. Если человек удовлетворен верованием, свободным от предрассудков и не обусловленным иерархической монополией, можно ли сказать о нем, что он нашел веру? Смысл отрывка поразителен. Я не стремлюсь показать, что Иисус был суфийским дервишем или что дервиши копировали Иисуса. Это все несущественно. Академики могут заниматься казуистикой и спорить до хрипоты, но мне-то хотелось насытить свою сущность, если она у меня все-таки есть, и не важно, кто первый вдохнул веру. Для меня этот отрывок является достаточным доказательством того, что Иисус пользовался техникой, идентичной той, которую разрабатывают дервиши и сегодня, техникой, с которой работал на Западе Гурджиев. Следовательно, она полезна для раскрытия человека к повышенному восприятию. Снова и снова я читал, и, чем больше читал, тем большее изумление испытывал."

Пройдя через эту всепоглощающую любовь, Руми стал поэтом. Тщетно пытаясь разыскать Шамса, "Солнце Истины", за пределами страны, он в конце концов понял, что, связанный с ним неразрывными узами, "обнаружил его в себе, сверкающего, подобно луне", как сказал о том Султан-Велед. Лирическая поэзия, порожденная этим опытом, написана с чувством абсолютного самоотождествления. Вместо собственного псевдонима Джалалуддин теперь подписывает стихи, непревзойденные в своей искренности, именем друга, воспевая в них любовь, тоску, счастье и отчаяние. Именно этот опыт он описал в знаменитом пассаже из Маснави:

Некий человек постучал в дверь своего друга; его друг спросил:
"Кто здесь?"
Он ответил: "Я". "Уходи, - сказал друг, - еще слишком рано!
За моим столом нет места сырому.
Может ли сырое быть приготовлено иначе, чем на огне разлуки?
Что еще избавит его от лицемерия?"
Он печально повернул прочь, и целый год его снедало пламя разлуки.
Потом он вернулся назад и снова начал бродить возле дома
своего друга.
Он постучался в дверь с сотнями страхов и с благоговением, боясь,
как бы не сорвалось с его уст непочтительное слово.
"Кто там?" - воскликнул друг. Он ответил: "Ты, о покоритель
всех сердец".
"Теперь, - сказал друг, - раз ты - это я, входи; для двух "я"
нет места в этом доме"

Лучшая сделка - с Богом: он покупает у тебя твое
грязное богатство, а взамен дает свет души;
Он покупает лед бренного тела и дарует взамен
царство, непостижимое для воображения (14, 6:880-881).

Я умер как минерал и стал растением,
Я умер как растение и поднялся до животного.
Я умер как животное, и я стал Человеком.
Чего же мне бояться? Когда я терпел ущерб от умирания?
Теперь еще раз я умру как Человек, чтобы воспарить
С блаженными ангелами; но даже ангельское состояние
Я должен миновать: исчезает все, кроме Бога.
Когда я пожертвую своей ангельской душой,
Я стану тем, о чем не может помыслить разум.
О, пусть я прекращу существование! Ибо
He-существование
Возвещает трубами органа: "К Нему мы вернемся!".

Услыша об этом недавно, знаю совсем немного, может кто знает подробности. 
 Если это так, то американцы даже себя не уважают и абсолютно не жалеют, может индийский океан от их континента и самоё дальнее место, но это всё-равно ничего не меняет, т к волна радиации может и не сразу ,но всё равно и до них же самих дойдет! 

 P.S: индусам и всем прочим прилегающим жителям остаётся тока сострадать!

mood: angry music: дурацкая

В руки пришла очень интересная книга-"Почему Россия не Америка",А.Паршева,которая разъяснила мне некоторые причины нынешнего состояния и положения России в мире.

1). Самое важное , - это то что мы живём на неподходящей для нормального существования территории земли по климатическим условиям.В первую очередь на нас влият среднегодовая температура.которая состовляет - 10 градусов по цельсию и неблагоприятно действует на сельское хозяйство!
2).Из этого вытекает следующее,что строительство почти по всей территории нашей страны .и-за необходимости фундамента и толстых кирпичных стен обходится гораздо дороже,чем во многих других странах.
Никто не желает и не будет желать инвестировать наше производство(не путайте термин инвестиции и кредит,инвестирование отличается от кредитования,тем,что инвестор получает процент прибыли от производства,а не денежный вклад с процентом) в связи с тем что издержки прозводства,включающие в себя - стоительствотого же самого завода,энергоснабжение и отопление(обязательного),а также транспортировка продукции либо сырья зачастую превышает объём выгоды от данного мероприятия.И так далее...

Я вот не понимаю теперь что делать,всё уже на столько запущено,что ситуации становится необратимой,а уезжать из России не хочу!((

location: На заводе mood: angry music: Гр.Ленинград

Сначала у тебя отвиснет нижняя челюсть
Затем закатятся глаза
И изо рта выйдет обильная ФИОЛЕТОВАЯ пена....